hohkeppel (hohkeppel) wrote,
hohkeppel
hohkeppel

Categories:
  • Mood:

О корнях и почве, ностальгическое

Сегодня мне непреодолимо захотелось пораскрывать государственные тайны и украдкой, хотя и максимально публично, вздохнуть о былом. Нет-нет, не пугайтесь, не о том былом, что немыслимым образом и навсегда склеилось у меня с граблями. Былое на сей раз нейтральное, ностальгически-познавательное, по теме "вот моя деревня". Поэтому под катом то, о чем рассказывать было когда-то нельзя – я даже давала расписку о неразглашении. Надеюсь, срок ее годности давно истек, ибо 27 лет – период вполне увесистый.

Итак, былое. В этом разделе своей нескончаемой мемуаристики я ограничусь общими, хотя и субъективными, сведениями, а также архивными фотодокументами. Архив мой, довольно беспорядочный.

Самая достопримечательная достопримечательность моего родного безымянного городка – конечно же, памятник дедушке Ленину на Самой Главной площади имени его же. Дедушка стоит задом к горисполкому, который теперь называется наверняка как-то иначе, а передом и рукой указывает приблизительно в сторону реки Томь, так удачно отгороженной от нашей тайной цивилизации колючей проволокой по периметру.
lenin_square3

В наше время все всё обо всем знают, берлинские и прочие стены рухнули, занавесы железные проржавели и осыпались на голову старушке-Европе и прочим государствам, википедия нагло вошла в каждый дом, и даже айфон номер пять уже существует в природе и продаже - а контрольно-пропускные пункты и колючая проволока все никак не уходят в небытие, где бы я их очень хотела видеть.

Тут, по традиции - дом родной, зеленый, пока без мемориальной доски.
my_house

Город долго не мог определиться с названием. Родилась я в Томске-7, в свидетельстве о рождении записано – Томск, прописка до совсем недавнего времени была в Северске (проспект, между прочим, все еще Коммунистический), а жила я «на почтовом» - и это все о нем, о ЗАТО. За что меня родители там родили, я не знаю, но факт остается фактом – темнить и умалчивать меня учили с детства, хотя и безуспешно, как видим.
«Знай, что говоришь, и не говори, что знаешь!» - часто повторял папа, когда-то сильно ушибленный игрой в шпионов и разведчиков. Видимо, поэтому я и выбрала профессию переводчика.

Но - о городе.

Его планировка проста и пламенна, как речь вождя с броневика – проспект Коммунистический пролегает одной прямой кишкой через весь город, параллельно и тоже очень прямо идет улица, естественно, Ленина, ограниченная уже упоминавшейся колючей проволокой, а с другой стороны и тоже параллельно – еще какие-то не менее прямые улицы, чьи названия я успела забыть. Хотя город почти наверняка разросся и приобрел более округлые очертания, в моей памяти он остался именно таким – прямые углы, прямые улицы и ветер в прямоелицо.

Дом Культуры имени Островского, школа имени Павлика Морозова, кинотеатры «Мир», «Комета» и «Россия», музыкальная школа имени Чайковского П.И. и, конечно, театры музкомедии и кукол, как я могла забыть. Да, еще Дом ПионЭров. Помимо Коммунистического проспекта, который, говорят, в незапамятные времена его строительства силами зэков был-таки проспектом Сталина, помню еще улицу Крупской, Свердлова, Первомайскую, Парковую и загадочный Южный проезд. Еще Больничный городок и больницу «на Чекисте», а также почему-то 22-й квартал.

Жители близлежащего областного центра, где работала и продолжает работать моя мама, и где когда-то училась и работала я, креативно именовали мой город «пятым почтовым», и до начала перестроечных годов были твердо убеждены в том, что сразу за колючей проволокой – райские кущи и вообще другой климат. А также в том, что все «почтовские» - снобы, жлобы и фарцовщики, если кто помнит такую профессию. «На почтовом» продавалась колбаса «докторская» и приторный, но нежно любимый горожанами торт «Полет», выдавались продуктовые заказы в странных заведениях под названием «стол заказов» и внезапно «выбрасывались» гэдээровские сапоги и венгерский трикотаж, а также ондатровые шапки. Да, я динозавр, и я помню.

Попасть в почтовский рай можно было только обладателям прописки и пропуска, и, если у тебя не было личного легкового автомобиля – у меня вот, к примеру, не было - то добро пожаловать на остановку автобуса «номер сорок» - единственного на ту пору маршрута, доставлявшего счастливых жителей «почтового» к месту работы-учебы и обратно в рай.

Я еще застала те интересные времена, когда автобус останавливался и на выезде – пропуска сдавались на хранение солдатикам, и на въезде – кто не успел, тот опоздал и ждет следующего автобуса, радостно прыгая по сорокоградусному морозцу. Потом порядок сменился на более гуманный: из города выезжает автобус свободно – ну разве что иногда остановят и пройдут или протолкаются по салону с автоматом наперевес, сурово глядя из-под казенной ушанки. Зато на обратном пути, на въезде в рай, автобус отрыгивает пассажиров на «этой» стороне, и они бегут, разъезжаясь ногами по снегу, льду или грязи предъявлять свой пропуск согласно номеру кабинки. Автобус тем временем въезжает в зону сурового контроля и счастье тем, у кого специальное разрешение не выходить для проверки – их проверяют там, внутри автобуса. Этой привилегией пользовалась и я, когда была сильно беременна. Еще можно было пропуск забыть дома, и тогда - за неимением мобильных телефонов - приходилось уповать только на то, что 1. у тебя есть друзья, 2. друзья едут с тобой в одном автобусе, и 3. они тебе действительно друзья, и поэтому потащатся к тебе домой с твоим ключом искать забытый тобой в кармане вчерашних штанов пропуск.

Вот она, граница - правда, не совсем "та" - это выход к реке и на пляж. Не сезон, конечно.
barbed_wire

Река, зима, привычная среда обитания. Теперь, надеюсь, понятно, почему я так равнодушна к снегу?
river2

На этом на сегодня все, воспоминания отвоспоминались, пошла жить полноценной реальной жизнью. Всем привет.
Tags: жизнь
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 19 comments