hohkeppel (hohkeppel) wrote,
hohkeppel
hohkeppel

Categories:
  • Mood:

Кристель Дабо, очередная глава (и немного к ней не относящегося дыбра)

Надеюсь, все уже успели соскучиться по бедной крошке Офелии? Или даже забыть, кто она такая? Месяц почти ушел на перевод одной главы, а все потому, что случился май и вместе с ним разные события: сначала я решила, что смертельно и неизлечимо больна (в очередной раз) и морально давила на врачей контактами с туберкулезом, чтобы пролезть без очереди на рентген. Всего за две недели удалось пройти этот квест, в итоге имею диагноз "предрасположенность к астме", то есть "здорова как бык, но надо же как-то объяснить этот кашель". Кроме того, помимо обычных лавка-школа-разъезды, отметила деньрожденья внучки и открыла ежегодную свою выставку, а также пообщалась с народом на улице, рамках аттракциона "день города Гуммерсбаха". До Офелии ли было мне? Но все же. Ночами строчила. Перевод, как обычно, не редактирован и не приглажен.



В Лунной Поляне

Ключ

Лифт под названьем «Вестибюль» был предметом зависти всех жителей Небовилля. Внутри он был разукрашен под будуар, где гостям предлагались различные сорта чая. Вестибюль назывался «Вестибюлем», потому что только через него можно было попасть в Лунную Поляну, поместье Арчибальда. И только лично приглашенные Арчибальдом гости – тщательно им отобранные по степени происхождения или эксцентричности – могли подняться в его поместье, пользуясь именно «Вестибюлем». Лифт этот был, по всей видимости, и самым громоздким, поэтому работал медленно: время в пути составляло целых полчаса.

Офелия ужасно неловко себя чувствовала в лакейском камзоле, то и дело переминалась с ноги на ногу и ерзала. Она впервые в жизни надела на себя мужскую одежду и не знала толком, как себя вести, к тому же дурацкие чулки нестерпимо кололи ноги.

Беренильда, которая восседала в кресле с чашечкой чаю, метнула на нее укоряющий взгляд.

- Надеюсь, в поместье ты не будешь все время так извиваться. Ты должна стоять прямо, пятки вместе, подбородок вверх, глаза вниз. И самое главное – делай только то, что я тебе скажу.

Она поставила чашку на столик и поманила Офелию к себе. Осторожно взяла ее руки в перчатках. Офелия напряглась и застыла. С тех пор, как Беренильду так неожиданно навестил Арчибальд, она, казалось, постоянно пребывала в хорошем настроении, да только оно у нее быстро менялось, так что всего можно ожидать.

- Дорогая моя девочка, не забывай – иллюзия только в камзоле. Лицо и верхняя часть туловища у тебя мужские, но руки и ноги по-прежнему женские. Старайся не привлекать к ним внимания.

Женские руки...Офелия скосила глаза на перчатки чтицы, черные под цвет камзола, и пошевелила пальцами, чтобы хоть немного растянуть жесткую ткань. Старые свои перчатки она заменила новыми, теми, что подарила ей матушка. А то вдруг Арчибальд их увидит, да и вспомнит лишнего.

- Этот маскарад унизителен и неприличен! – запричитала тетка Розалина. – Сделать из моей племянницы себе слугу! Знала бы моя сестра, да у нее все шпильки бы на голове дыбом встали!

- Все скоро переменится к лучшему! – весело заверила ее Беренильда. – Немного терпения, мадам Розалина.

- Немного терпения, - эхом отозвалась бабуля, бессмысленно улыбаясь. – Немного терпения.

Бабулю взяли с собой, так как Беренильда не могла оставить дома престарелую мать. Офелия всегда видела ее в простой домашней одежде, теперь же бабуля щеголяла в огромной шляпе с перьями и темно-синем платье камчатного полотна. Длинная черепашья шея была полностью увита жемчугами.

- Уж чего-чего, а терпения нам было в последнее время не занимать, - холодно отозвалась тетка Розалина.

Беренильда кинула многозначительный взгляд на часы. – Через четверть часа прибываем, любезная моя. Советую потратить оставшееся время с толком – разучите выражение «как угодно, мадам» и подайте нам еще чаю со специями, очень он тут хорош.

- Как угодно, мадам, - ответила тетка Розалина, нарочно выговаривая слова с сильнейшим северным акцентом.

Беренильда удовлетворенно выгнула бровь. На ней было светлое платье с рюшами, а на голове – высоченный парик, напоминающий многоярусный свадебный торт. Она вся светилась и сияла на фоне подчеркнуто строгого наряда компаньонки, в который была облечена тетка Розалина. Крошечная дуля тетки была затянута так сильно, что на лбу не осталось ни единой морщинки.

- Вы гордая женщина, мадам Розалина, - вздохнула Беренильда, прихлебывая ароматный чай.
– Я ценю это качество в женщинах, но для компаньонки придворной дамы оно совершенно неуместно. Я буду говорить с вами высокомерным тоном, а вы должны отвечать «как угодно, мадам» или «хорошо, мадам». Никаких «я» и «ты» между нами больше быть не может, мы из разных миров, это понятно? В состоянии ли вы все это терпеть?

Тетка Розалина шмякнула чайник на стол, выпрямилась и с непередаваемым достоинством ответила:
- Во благо моей племянницы я в состоянии даже выносить за вами ночной горшок.

Офелия с трудом подавила желание расплыться в улыбке. Тетка все же умеет ставить людей на место как никто другой.

- От вас обеих я ожидаю чрезвычайной осторожности и беспрекословного повиновения, - объявила Беренильда. – Я могу с вами делать и говорить что угодно, и не потерплю никаких признаков дерзости. Самое главное – сдерживайте свой анимизм и ни в коем случае не проявляйте его перед посторонними. При первом же промахе я буду вынуждена принять самые строгие меры, чтобы всем было неповадно, и это в наших же собственных интересах.

Покончив с угрозами, Беренильда с видимым наслаждением откусила от пирожного.

Офелия сверилась с часами. До прибытия в Лунную Поляну еще десять минут. Наверно, это эйфория от того, что ее выпустили, наконец, из золоченой клетки, ведь ей ни капельки не страшно. Даже наоборот – какое-то лихорадочное нетерпение. Вынужденное безделье, ожидание неизвестно чего и бессмысленность жизни в особняке медленно, но верно разрушали Офелию, так что ко дню свадьбы от нее бы, наверное, осталась просто кучка пепла. Но сегодня вечером она наконец-то начнет снова жить. Увидит незнакомые лица, новые места, узнает о том, чем живет этот мир. Сегодня вечером она уже не «невеста Торна», а простой слуга, незаметный и безымянный, как и все остальные слуги. Этот камзол – ее лучшее укрытие, Офелия даже представить себе не могла, что так повезет, и теперь все зависит только от нее самой. Она сможет наблюдать, оставаясь невидимкой, и слушать без необходимости отвечать.

Торн может думать как угодно, но Офелия была уверена – на этом ковчеге живут не одни только лицемеры, мошенники и убийцы. Обязательно найдутся люди, достойные доверия. Надо только научиться их различать. Особняк изменил меня, думала Офелия, поигрывая пальцами в новых перчатках. На Аниме ее интересовал один лишь ее музей. Теперь же, в силу обстоятельств, в ней проснулось любопытство к людям. Ей хотелось найти себе опору, какой-то круг порядочных людей, на которых можно положиться, которые не предадут ее из-за дурацкого соперничества между кланами. Девушка не желала надеяться лишь на Торна с Беренильдой. Нет, Офелия хотела иметь свое собственное мнение, делать свой собственный выбор и вообще обходиться без посторонней помощи.

Когда до прибытия оставалось всего лишь три минуты, Офелии пришла в голову тревожная мысль, которая несколько подпортила ее приятные размышления.
- Мадам, - прошептала Офелия, наклонившись к Беренильде. – Как вы думаете, на балу у господина Арчибальда будут Миражи?

Беренильда, которая в этот момент озабоченно пудрила нос, воззрилась на нее в удивлении и звонко расхохоталась. – Конечно! Миражи у нас везде, они гости на всех светских раутах! В Лунной Поляне ты на них постоянно будешь натыкаться, дитя мое.

Офелию обескуражило такое легкомыслие. – Но ведь мой камзол смастерили как раз Миражи?

- Не волнуйся, никто из них его не узнает. Ты у нас всего лишь бессловесный слуга, без особых примет и характера. Там будут сотни слуг, и все выглядят одинаково, так же, как и ты, никто никакой разницы между вами не заметит.

Офелия задрала голову к зеркальному потолку и всмотрелась в свое отражение. У Мима бледное лицо, ничем не примечательный нос, глаза безо всякого выражения, зализанные волосы....Беренильда, конечно, права. – А как же вы, мадам? – все же спросила Офелия. – Разве вы не боитесь постоянного встречаться с Миражами? Они же ваши заклятые враги?

- Чего мне опасаться? Лунная Поляна – место дипломатической неприкосновенности. Там, конечно, интригуют, злословят и угрожают, но совершенно точно не убивают. Там даже судебные дуэли запрещены.

Судебные дуэли? Офелии сроду не приходилось слышать эти два слова рядом в одном предложении. – А вдруг там будут Фрейя с мужем? – гнула свое Офелия. – Ваша семья знает, что я под вашим покровительством, ведь нетрудно догадаться, что меня прячут в составе вашей свиты.

Беренильда грациозно поднялась из кресла, придерживая складки платья. – Моя племянница в Лунной Поляне не бывает. Ей туда вход воспрещен, из-за склочного ее характера. Так что успокойся, дитя мое - вот мы и приехали.

Лифт и в самом деле замедлял ход. Офелия обменялась взглядами с теткой Розалиной. Сейчас они еще тетка и племянница, крестная и крестница, но не пройдет и минуты, как они станут друг другу посторонними и чужими – компаньонка придворной дамы и немой слуга. Офелия не знала, когда теперь сможет ей хоть что-то сказать, поэтому ее последние слова были обращены к этой женщине, которая пожертвовала ради нее своей свободой и достоинством.

- Огромное спасибо.

Тетка Розалина на секунду сжала ее руку в своей. Позолоченные ворота Вестибюля раздвинулись, и перед ними открылся вид на Лунную Поляну. По крайней мере, Офелия думала, что откроется. Cтранное дело, но они опять оказались в огромном зале ожидания. И зал этот был великолепен – пол выложен мраморной плиткой, повсюду хрустальные люстры, а подставками для корзин с фруктами служат золотые статуи.

Следуя указаниям Беренильды, Офелия принялась вытаскивать тележку с багажом из лифта. Нагруженная тяжеленными чемоданами, тележка весила с кирпичный дом – так, во всяком случае, Офелии показалось. Она с трудом удерживалась от того, чтобы не рассматривать расписные потолки. Повсюду были волшебным образом ожившие пейзажи: в листве деревьев шелестел ветерок, то тут, то там вздымались волны, грозившие расплескаться прямо на стены. Офелия также избегала пялиться на знать, когда изо всех сил пыталась никого из них не задеть своей тележкой. Все эти люди в париках щеголяли броским макияжем, разговаривали пронзительными голосами и принимали театральные позы. Выражались они так цветисто и такими запутанными предложениями, что Офелия почти ничего не понимала, и вовсе не из-за акцента. На всех лицах была отметка Миражей – татуированные до самых бровей веки.

Как только все эти знатные дамы и господа увидели прекрасную Беренильду, то принялись наперебой ее приветствовать самым замысловатым и эксцентричным образом, на что Беренильда отвечала рассеянным трепетанием ресниц. По их виду никак и не догадаешься, что перед тобой соперники и враги, решила Офелия. Беренильда опустилась рядом со старухой-матерью на покрытую бархатом скамью. По всему залу было много таких скамей, и везде на них сидели дамы, которые с нетерпеливым видом обмахивались веерами.

Офелия остановила багажную тележку возле скамьи с Беренильдой и замерла, пятки вместе, как учили. Непонятно, чего мы тут ждем, подумала она. Был уже довольно поздний вечер, Арчибальд наверняка обидится, что его гостья не торопится прийти.

На соседней скамье пожилая дама в розовом наряде быстрыми движениями щетки причесывала собаку – наверно, какая-то длинношерстная борзая, решила Офелия. Собачка, правда, была размером с медведя, с нелепой голубой ленточкой на шее, и, когда она открыла рот и оттуда выпал розовый язык, по звукам стала напоминать работающий локомотив. Офелия никак не ожидала, что в таком месте можно увидеть Чудище.

Вдруг гомон в зале прекратился. Вся знать повернулась в сторону круглого как бочонок человека, который семенил по залу торопливыми шажками, широко при этом улыбаясь. По униформе – черная с золотыми галунами – Офелия сначала подумала, что это, должно быть, главный дворецкий, ведь Беренильда заставила ее выучить всю иерархию прислуги наизусть, но потом засомневалась: уж больно походка у него странная, качается из стороны в сторону, да и парик съехал куда-то набок.

- Дорогой Густав! – льстивым голосом обратился к нему какой-то Мираж. – Мы с женой ждем тут вот уже два дня. Это, конечно, просто какое-то недоразумение, не так ли?

При этом он незаметно сунул дворецкому в карман небольшой предмет, Офелия не разглядела – какой. Дворецкий похлопал себя по карману с чрезвычайно довольным видом. – Никакого недоразумения, сударь. Вы с супругой внесены в списки ожидающих.

- Но мы и так уже ждем два дня, - более склочным тоном возразил Мираж.
- А другие – еще дольше, сударь.

Провожаемый его угрюмым взглядом, дворецкий на заплетающихся ножках двинулся дальше через толпу дам и кавалеров, лучезарно всем им улыбаясь. Все они так или иначе пытались привлечь его внимание: один вытолкнул вперед свою младшую дочь и принялся расхваливать ее ум и красоту, другой громогласно хвастал качеством своих иллюзий, и даже пожилая дама в розовом демонстративно заставила своего гигантского пса сесть и дать лапу. Дворецкий же шел вперед, не задерживаясь, и остановился только тогда, когда достиг скамьи с Беренильдой, при этом он так низко ей поклонился, что чуть не потерял кое-как напяленный парик.

- Дамы, господин посол вас ждет.

Беренильда с мамашей безмолвно встали и последовали за дворецким. Офелия с трудом проталкивала тележку с багажом через возмущенную толпу. Дворецкий Густав провел их к дальнему концу зала и через дверь, охраняемую весьма сурового вида полицейскими.

Сразу за дверью оказалась дорожка в сад, где росли розы. Офелия взглянула вверх, через увитые белыми розами проемы арок просматривалось огромное звездное небо. Лунная Поляна оправдывала свое название. Вечерние сумерки были такими теплыми, а аромат цветов таким одуряющим, что Офелии стало ясно – они только что вошли в очередную иллюзию. Причем иллюзию довольно древнюю. Она припомнила строчки из дневника Аделаиды. «Госпожа посол приняла нас в своим поместье, где царят вечные летние сумерки». Вот и получается – поместье унаследовал Арчибальд, а она, Офелия, пошла по стопам своих предков. Как будто история вдруг повторилась. Пронзительный голос дворецкого вернул ее к действительности.

- Почитаю за честь сопровождать мадам, - кудахтал дворецкий, обращаясь к Беренильде. – Осмелюсь также признаться мадам, что всецело разделяю высокое мнение господина посла касательно вашей особы!

Тетка Розалина молча возвела глаза к небу. Офелии было плохо видно, что происходит, мешала гора чемоданов на тележке. Но тут тропа повернула, и в просвет Офелия смогла получше разглядеть странного дворецкого. Со своей дурацкой улыбкой на пухлом лице и сизым носом пьяницы, толстяк больше напоминал циркового клоуна, чем вышколенного слугу. – Это не осталось незамеченным, мой преданный Густав, - прошептала Беренильда. – Вы уже оказали мне столько бесценных услуг. И попрошу еще об одной – расскажите же мне, как сейчас обстоят дела в Лунной Поляне.

Как и давешний Мираж, Беренильда украдкой сунула в карман дворецкого что-то маленькое. С недоумением Офелия поняла, что это – песочные часы. Получается, услуги тут оплачиваются обычными песочными часами?

У Густава сразу развязался язык. – Тут у нас довольно многолюдно, причем все больше высокого полета птицы. После всех этих слухов про болезнь мадам, все соперницы мадам снова самым наглым образом заявились ко двору. Злые языки даже мололи, будто бы мадам впала в немилость, но разрази меня гром, если я в это поверил!

- Соперницы меня волнуют куда меньше, чем соперники, - мягко произнесла Беренильда.

- Не буду от мадам скрывать - сегодня в гостях у нас Рыцарь. Явился, как только услышал о вашем прибытии в Лунную Поляну. Рыцарь имеет право беспрепятственного доступа ко двору, и даже когда ясно, что лучше ему тут не показываться, он все равно делает, что хочет. Очень надеюсь, что мадам не слишком недовольна его присутствием?

Последовало долгое молчание, которое прерывал только скрип гравия под колесами тележки. У Офелии уже отваливались руки, но ей страшно хотелось знать, о чем это они. Кто, интересно, этот Рыцарь, чье присутствие может вызвать недовольство Беренильды? Отвергнутый любовник?

- Есть ли здесь члены моей семьи? – только и спросила Беренильда.

Дворецкий закашлялся в приступе деланного смущения, что больше походило на сдерживаемый смех. – При всем уважении, мадам, господин посол не жалует господ Драконов. Каждый раз они устраивают здесь такие скандалы!

- Арчибальд чрезвычайно любезен, - весело заявила Беренильда. – Избавь меня от друзей, а от врагов я и сама как-нибудь избавлюсь. Миражи хотя бы друг с дружкой не воюют.

- Не извольте волноваться, мадам. Мой господин отвел вам свои собственные апартаменты, там мадам будет в совершенной безопасности. Извините, уважаемые дамы, но я вынужден вас покинуть – нужно объявить о вашем прибытии господину послу.

- Непременно, дорогой Густав. Скажите Арчибальду, что мы уже здесь.

Дворецкий удалился торопливой семенящей походкой. Офелия чуть не упала, глядя ему вслед – колесико тележки как раз застряло в щели тротуара. Пока выковыривала тележку, увидела, что добираться еще долго. Тропинка под аркой, увитой розами, заканчивалась широкой аллеей, по краям которой тут и там громоздились огромные вазоны. Дворец Арчибальда – белый камень, синяя черепица - возвышался в самом ее конце; Офелии он показался таким же недостижимым, как и фальшивая луна на небесах.

- Мы пройдем напрямик, - объявила Беренильда, подавая руку матери.

Они пустились вдоль огромной клумбы с фиалками – какое тут напрямик, подумала Офелия, скорее уж в обход. Руки у нее совсем уже затекли. Беренильда перешла канал по мостику, который вывел опять в какие-то сады, и вдруг безо всякого предупреждения остановилась и резко повернулась к ней на каблуках, отчего юбки ее красиво взметнулись. Офелия затормозила и уперлась в землю ногами изо всех сил, чтобы не наехать на нее тележкой.

- Теперь послушай меня внимательно, - зашептала ей Беренильда. – Дворецкий, с которым я сейчас разговаривала – самый опасный и коварный человек во всем поместье. Рано или поздно он обязательно попытается тебя подкупить, как только какой-нибудь мой добрый друг Мираж или Дракон даст ему хорошую цену за мою жизнь или жизнь моего ребенка. Ты притворишься, что принимаешь его предложение и при первой же возможности предупредишь об этом меня. Понятно?

- О чем это вы говорите? – не выдержала тетка Беренильда. – Я-то думала, здесь не убивают! Дипломатическая неприкосновенность!

Беренильда улыбнулась ей нарочито ядовитой улыбкой, как бы напоминая, что помимо «слушаю, мадам» она ничего говорить не должна. Но тем не менее ответила.

– Убивать не убивают, но бывают же несчастные случаи. Их можно с легкостью избежать, если оставаться начеку.

Последнее слово она произнесла с легким нажимом, кинув многозначительный взгляд в сторону Мима, приклеенного к багажной тележке. Взгляд иллюзии ничего не выражал, но скрытая за маской Офелия почувствовала тихий ужас. Ей всегда казалось, что слуги коренным образом отличаются от своих господ, этакие чистые души, вроде Фисташки. Оказывается, их тоже следует бояться – и эта новость очень обеспокоила девушку.

Пока Беренильда осторожно вела мать по спуску мостика, Офелия бездумно толкала тележку с багажом вслед за ними. И не сразу заметила, что пейзаж на другой стороне моста оказался совершенно другим. Вместо фиалок - роща из плакучих ив. Откуда-то доносилась мелодия вальса. Офелия взглянула наверх и среди неподвижных крон деревьев увидела дворец Арчибальда, чьи белые башенки виднелись в ночном небе. По мостику они перешли из одного конца поместья в другой! Как Офелия ни ломала себе голову, она так и не смогла понять, как этим иллюзиям удается нарушать законы физики и искажать пространство таким странным образом.

На дорожках сада в свете фонарей танцевали нарядные пары. Чем ближе они подходили, тем гуще становилась толпа, целое море париков и шелковых платьев. Фальшивая луна в небе сияла будто перламутровое солнце, а фальшивые звезды сверкали настоящим фейерверком. Жилище Арчибальда оказалось настоящим сказочным дворцом, со шпилями на башенках и россыпью витражей вместо окон. В сравнении с ним особняк Беренильды казался деревенским домишкой.

Но Офелия недолго наслаждалась разглядыванием окружающих ее видов. По мере приближения Беренильды танцоры останавливались и расступались, она шла среди них, спокойная и невозмутимая, как озерная гладь. Ей дружески улыбались и говорили слова сочувствия, но Офелия хорошо видела их холодные глаза. Особенно дамы, те, прикрывшись веерами, шипели друг дружке что-то неразборчивое, откровенно пялясь на живот Беренильды. От них исходила такая враждебность, что у Офелии ком в горле встал.

- Беренильда или искусство всем нравиться! – глумливо произнес чей-то голос, заглушая музыку и смех.

Офелия спряталась за своей тележкой: к ним бодрым шагом направлялся Арчибальд, в одной руке дырявый цилиндр, в другой – ветхая трость. За ним неслась стайка очаровательных юных девиц.

При виде хозяина дворца все присутствующие в саду слуги дружно склонились в поклоне. Офелия сделала то же самое. Она отпустила тележку, неуклюже согнулась, и принялась разглядывать собственные ботинки так же долго, как и все остальные. Когда она, наконец, выпрямилась, то постаралась не слишком очаровываться открытой улыбкой Арчибальда или его огромным ярко-голубым глазам, когда он целовал руку Беренильде. Офелия все еще дулась на него за то, что он тогда скрыл от нее особое дарование своей семьи. А ведь заверял ее, что неспособен лгать – но умолчал о такой важной детали, а это, по мнению Офелии, все равно что слегка предать.

- Кто ждет пунктуальности от женщины, совсем женщин не знает, - поддразнила его Беренильда. – Да вот хоть у сестер своих спросите!

Она поочередно обняла каждую из девиц с таким пылом, будто была их родной матерью. – Терпения! Мелодия! Грация! Логика! Веселина! Услада! И, конечно, малютка Милочка! – заключила она, выпуская из объятий самую младшую из семи сестер. – Как я по вас соскучилась!

Из надежного прикрытия – невозмутимой маски Мима – Офелия внимательно разглядывала всех сестриц. Все они были так юны, так белокуры, так хрупки в своих белоснежных платьях, что казались отражениями в зеркале, а не людьми. Девочки отвечали на объятия Беренильды куда более искренне. В их прекрасных ясных глазах читалось неподдельное восхищение. На лбу у каждой из сестер красовался знак принадлежности к Сети. Если верить Торну, все они уже видели лицо Офелии глазами брата. А если они о ней случайно упомянут при Беренильде, что тогда? Хорошо хоть, что она в ту ночь не своим именем назвалась, вот же молодец, порадовалась Офелия.

- Я смотрю, вы не одни приехали, - заметил Арчибальд. Он галантно поцеловал ручку бабуле, которая вспыхнула от удовольствия, потом с явным изумлением улыбнулся тетке Розалине. Она в своем черном платье и ледяным выражением лица смотрелась на пышном балу среди нарядной публики довольно комично. Наверно, это и привлекло внимание Арчибальда в первую очередь.

- Моя компаньонка, - неопределенно представила ее Беренильда. – Я привезла ее не столько для приятного общения, сколько из-за ее талантов акушерки.

Губы тетки Розалины сжались в тонкую ниточку, но она мужественно сдержала себя и только вежливо кивнула. Когда Арчибальд приблизился к багажной тележке, Офелия с трудом удержалась на месте и не отпрянула. Как нарочно, опять нестерпимо зачесались ноги под чулками. Она было решила, что посол хочет разглядеть и Мима, но тот всего лишь похлопал рукой по чемоданам. – Вещи доставят в ваши апартаменты. Чувствуйте себя как дома!

Тут выступил вперед дворецкий Густав и открыл какую-то шкатулку. Оттуда Арчибальд достал изящную серебряную цепочку, на которой болтался изумительной красоты ключик, весь в драгоценных камнях. Беренильда грациозно подставила шею, и Арчибальд надел на нее цепочку с ключом. Толпа кисло похлопала такой странной церемонии.

- Не желаете ли со мной потанцевать? – подмигнул Беренильде Арчибальд. – В конце концов, весь этот бал – исключительно в вашу честь!

- Мне нужно беречься, - отвечала Беренильда, прижав руку к животу.

- Всего один-два вальса. И я вам разрешаю наступать мне на ноги!

Офелия не без интереса наблюдала за их пикировкой. Под прикрытием ничего не значащих, почти детских фраз, они, казалось, без слов сообщали друг другу что-то совсем другое. Арчибальд вовсе не был галантным кавалером, чью роль он только играл, Беренильда это знала, и Арчибальд знал, что она знает. И если это так, то чего на самом деле они друг от друга хотят? Слепо повинуются приказаниям Фаруха или каждый пытается что-то извлечь из положения лично для себя?

Офелия размышляла об этом наверняка не меньше их самих, тем временем Беренильда и Арчибальд взялись за руки и удалились. Сердце, наконец, перестало так бешено стучать. Арчибальд на нее даже не взглянул! И хотя она знала, что совсем на себя не похожа в этой маске, приятно было сознавать, что первое испытание с блеском пройдено.
Tags: Кому тут культурный уровень повысить?, и снова радость, сквозь зеркало кристель дабо, язык до Хохкеппеля доведет
Subscribe

Posts from This Journal “сквозь зеркало кристель дабо” Tag

  • Вся Офелия по ссылке

    Не знаю, будет ли ссылка работать, но вклею ниже. Кому непременно захочется поощрить, можно либо словами, либо чаевыми на…

  • Триумфы Офелии

    Случилось невероятное. Пандемия, теракты, локдауны, общая неустроенность и раздрай в практически всех соцсетях, чуть не забыла - выборы в Америке, а…

  • Офелия злится и обижается

    Картинка, скорее, к предыдущей главе. Игральные кости Кружа по коридорам и лестницам, Офелия и Гейль сумели добраться до верхнего этажа…

  • Сквозь зеркала, миры и прочее пустяковое

    https://instagram.com/p/CBQ3JFmqexk Вопреки обыкновению, картинка сверху. Очередная глава про малютку Офелию ("сквозь зубы" да, все еще!) - под…

  • И немного легкой литературы в небрежном переводе

    Осталось три главы и эпилог, и первый том будет закончен (мной). Все предыдущее по соответствующим тэгам и если кто-то знает, где можно положить весь…

  • Офелия проникла и в новый 2020 год

    В феврале или марте, кажется, будет год, с тех пор как я начала переводить эту книжку исключительно в терапевтических и успокоительных целях.…

  • О кино и не только

    Впервые за много-много дней осталась дома одна. Случайно так получилось. Темно, льет дождь, дети в кино, муж на работе (отпуск у него, угу), а я…

  • Опять про Офелию

    Мужайтесь, первый том подходит к концу. Всего семь глав и осталось. И еще три тома, хаха. Второй у меня есть, прочитан. Третий на английском выйдет…

  • Кристель Дабо или Офелия форева

    Наверное, мои три с половиной читателя уже давно не решаются спросить, А дальше сразу две главы, извиняюсь, сначала одну пропустила, забыла…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments