hohkeppel (hohkeppel) wrote,
hohkeppel
hohkeppel

Categories:
  • Mood:

Был технический перерыв на краткую передышку пластом в кровати

Когда же еще и не поболеть, как не в краткие каникулы и как бы отпуск. Но "не дождетесь" (тм), я болею редко и стремительно, вот и сейчас.

Лесничий

- Сюда давай! – закричал человек, размахивая фонарем. Вся дрожа, с растрепанными ветром волосами, Офелия кое-как выкарабкалась из саней и тут же по щиколотку провалилась в рыхлый снег. Ботинки полностью утонули в сугробе. Девушка не очень-то понимала, куда они приехали. Узкий двор окружен массивным забором. Метель прекратилась, но ветер по-прежнему сбивал с ног.

- Благополучно добрались, вашество? – спросил человек с фонарем, подойдя поближе. – Долго же вас не было, мы уж и волноваться начали! О, а это что еще за груз?

Офелия зажмурилась в свете фонаря, которым человек осветил ее изумленное лицо. Через замерзшие очки она с трудом различала его силуэт. Акцент у него был еще сильнее, чем у Торна, почти совсем не понять, что говорит.

- Ах ты батюшки мои, а тоща-то, тоща! Того и гляди, ветром унесет! Лишь бы сразу не окочурилась. Эх, могли бы и покорпулентнее дамочку выбрать...

Офелия потеряла дар речи. Мужик уже протянул руку, очевидно, пощупать ее, как кобылу, как вдруг получил по голове зонтиком от тетки Розалины.

- Убери-ка лапы от моей племянницы, деревенщина, и соображай, что несешь! – Тетка возмущенно сверкнула глазами из-под меховой шапки. – А вы, господин Торн, почему молчите?

Торн молчал, потому что был уже далеко, его массивный силуэт был виден в дверном проеме, из которого падал свет. Офелия, ничего не соображая, бросилась за ним, стараясь ступать по его глубоким следам на снегу. Скорее, скорее в дом.

Внутри тепло. Свет. Ковер.

Контраст с тем, что творилось снаружи, был разителен, почти невероятен. Офелия на ощупь преодолела длинный коридор, ноги сами привели ее к печке. От тепла у нее сразу же загорелись щеки. Понятно теперь, почему Торн решил, будто зимой ей не выжить. Холод в ее родном краю ни в какое сравнение с этим не шел. Офелия все еще с трудом дышала, внутри все жгло – нос, горло, легкие.

Вдруг сзади раздался зычный женский голос – еще громче матушкиного, Офелия аж подпрыгнула.

– Ничего ветерок, да? Давайте же сюда шубу, господин мой хороший, вся мокрая она. Удачно съездили? И, я гляжу, привезли компанию для мадам, вот это хорошо, наконец-то! Она, бедняжка, так скучает там наверху!

Женщина, похоже, даже не заметила, что у печки дрожит чья-то фигурка. Офелия же с трудом ее понимала, настолько сильный был акцент. Компания для мадам? Торн, по своему обыкновению, ничего не ответил, и женщина, стуча деревянными башмаками, пошлепала к двери. – Пойду, помогу мужу-то.

Офелия попыталась разглядеть, где находится. Стекла очков потихоньку оттаивали, и странные тени вокруг нее стали приобретать конкретные очертания. Стены были сплошь завешаны охотничьими трофеями – раззъявленные пасти и мертвые невидящие глаза. Судя по колоссальным их размерам – Чудища. На почетном месте над камином висела голова оленя – не рога, а целое ветвистое дерево.

У самого камина, в глубине зала, спиной к ней стоял Торн. Рядом саквояж, будто владелец собирался его схватить и бежать в любой момент.

Офелия решила, что у камина скорее согреется, и покинула свой пост у печи. Ботинки промокли насквозь, ноги онемели от холода. Подол мокрый и тянет вниз, будто платье свинцом подшито. Офелия слегка подобрала юбку и заметила, что под ногами вовсе не ковер, как ей поначалу показалось, а огромная дымчатая шкура. От одного ее вида у девушки мурашки побежали по спине. Что же это за зверь и какой он, должно быть, огромный, если одной его шкурой можно покрыть весь пол в просторном зале?

Торн сурово смотрел на огонь и не обращал никакого внимания на подошедшую поближе Офелию. Узкие клинки ладоней скрещены на груди, длинные ноги подрагивают от скрытого нетерпения, будто не в состоянии стоять спокойно. Щелкнула крышка часов – проверил время. Щелк, щелк.

Офелия протянула руки к огню. Интересно, а где же тетушка? Зря она оставила ее одну с тем грубияном во дворе. Офелия прислушалась – кажется, на улице кто-то скандалит из-за багажа. Когда зубы перестали, наконец, стучать, девушка обратилась к Торну.

– Должна признаться, я с трудом понимаю язык этих людей...

Последовало молчание. Офелия уж подумала, он не ответит, но Торн, наконец, нехотя разжал челюсти.

– В присутствии посторонних, и так долго, как мне заблагорассудится, вы обе будете играть роль компаньонок моей тетушки, которых я привез для нее из-за границы. Поэтому советую вам обеим придержать языки, особенно твоей родственницы касается. И отойди уже от меня, - добавил он с досадой, - это может показаться подозрительным.

Офелия отступила на пару шагов назад, с сожалением оторвавшись от огня. Ясно, Торн из кожи вон лезет, лишь бы об их предстоящем браке никто не узнал, но почему, зачем? Кроме того, непонятно, в каких отношениях ее будущий муж с этой супружеской парой – они зовут его «господин» и, хотя видно, что хорошо его знают, говорят подобострастно, снизу вверх. На Аниме все друг дружке родня, поэтому и общаются все всегда на равных. Здесь же, и это очевидно, существует какая-то строгая иерархия, только Офелия никак не могла уяснить – какая.

- Вы здесь живете? – чуть слышным шепотом поинтересовалась Офелия ему в спину.

Торн, как всегда, сначала помолчал, потом снизошел до ответа. – Нет. Это сторожка лесничего.

У Офелии отлегло. Ее уже мутило от тошнотворной звериной вони охотничьих трофеев, которую не мог заглушить даже дым от огня в камине. – Так мы здесь только переночуем?

Торн, до того отвечавший ей сквозь зубы и через плечо, вдруг резко обернулся и впился в нее ястребиным взглядом. На лице его было написано безмерное удивление, которое даже несколько смягчило его острые черты. – Переночуем? Ты думаешь, сколько сейчас времени?

- Очевидно, не так поздно, как мне показалось, - пробормотала Офелия себе под нос.

Угнетающая темень за окном совсем сбила ее внутренние часы. Она очень устала и сильно замерзла, но к чему Торну об этом знать. Офелия не собирается жаловаться тому, кто уже и так ее в неженки записал.

Вдруг из коридора донесся чей-то вопль. – Вандалы! – гремела тетка Розалина. – Дикари безмозглые! Неучи!

Торн сразу весь подобрался. В гостиную ворвалась красная от гнева тетка, все еще в меховой шапке, за ней следом бежала жена лесничего. Офелия наконец-то смогла ее разглядеть – румяная толстушка с младенческим личиком и золотистой косой, уложенной вокруг головы на манер короны.

- А кто, скажите на милость, заявляется в дом к приличным людям с этакой штуковиной, а? – защищалась она. – Ишь, нашлась герцогиня!

Тут Розалина обнаружила Офелию. Размахивая зонтиком, как шпагой, она немедленно обратилась к племяннице за поддержкой.

- Представь себе, они разбили мою прекрасную, мою замечательную швейную машинку! – Тетка была в ярости. – И как теперь, скажите на милость, я буду чинить наши платья? Подрубать подолы? Ведь я специалист по бумаге, а не по тканям!

- Как-как! Как все нормальные люди, иголкой и ниткой, милочка! – ехидно ответила лесничиха.

Офелия вопросительно взглянула на Торна – ну и как ей себя вести? Он быстро отвернулся к камину – якобы бабские перебранки его не интересуют. Однако по его напряженной спине Офелия догадалась - поведение тетки Розалины Торну не нравится.

- Неслыханно! – задохнулась тетка. – Да вы хоть понимаете, с кем гово...

Офелия положила ладонь на теткино плечо, прервав на полуслове. – Успокойтесь, дорогая тетушка, ничего страшного ведь не случилось.

Жена лесничего уставилась на нее бесцветными глазами, выразительно осмотрела с головы до пят - спутанные волосы, бледное лицо, промокшая насквозь одежда - жалкое зрелище, что и говорить.

- А я-то думала, кого поинтересней из-за границ привезут. Что ж, леди Беренильде виднее.

- Иди и позови мужа, - сухо приказал ей Торн. – Скажи, пусть собак запрягает. Нам еще через лес ехать, я не намерен тут у вас надолго задерживаться.

Тетка Розалина уже открыла рот, чтобы спросить, кто такая леди Беренильда, но Офелия успела остановить ее взглядом.

- Так вы не хотите дальше дирижаблем лететь, вашество? – изумленно спросила лесничиха.

Офелии вовсе не хотелось «ехать через лес» туда, куда можно лететь дирижаблем, но Торн раздраженно ответил, - Следующий только в четверг, у меня нет времени столько ждать.

- Хорошо, господин. – Лесничиха поклонилась.

Тетка Розалина в бешенстве помахала зонтиком. – А как же мы, господин Торн, почему нас никто не спрашивает? Я бы, например, предпочла переночевать в гостинице, или хотя бы подождать, пока не растает снег.

Торн подхватил саквояж, не удостоив взглядом ни тетку, ни Офелию.

– Он не тает, - только и сказал он, шагая к выходу.

Они вышли на крытую террасу, напротив которой грозно шумел лес. От холода у Офелии перехватило дыхание, но окружающий пейзаж ей удалось рассмотреть лучше, чем при высадке с дирижабля. Полярная ночь вовсе не была такой уж темной и непроглядной, как ей представлялось раньше. Исколотое верхушками елей, беременное снеговыми тучами небо мерцало густым индиго, отсвечивая голубым в том месте, где забор отделял соседний город от кромки леса. Солнце где-то пряталось, да, но, похоже, совсем недалеко. Оно просто ждало своего часа на горизонте, просвечивая через ночь.

Офелия закуталась в шарф, замотала нос носовым платком, и не сразу увидела, какие сани им приготовили в путь. Огромные, больше похожие на волков, ездовые собаки были ростом с хороших коней. Густая их шерсть стояла дыбом на ветру. Одно дело – рассматривать рисунки Чудищ в альбоме Августа, и совсем другое – видеть их живьем. Тетка Розалина чуть в обморок не грохнулась.

Торн, уверенно расставив ноги на снегу, с непроницаемым лицом натягивал кучерские рукавицы. Шкуру белого медведя сменила серебристая меховая куртка, более легкая и удобная, которая ловко сидела на его жилистой фигуре. Он рассеянно слушал лесничего, пока тот долго и пространно жаловался на браконьеров.

Офелия опять задумалась – кто он этим людям? Может, лес – личная собственность Торна, и лесничий обязан давать ему такой официальный отчет?

- А как же наш багаж? – перебила их тетка Розалина, клацая зубами от холода. – Его разве не погрузят в сани?

- Слишком тяжело будет везти, дамочка, - отозвался лесничий, жуя табачный лист. – Не переживай, доставим леди Беренильде на дом в лучшем виде.

Тетка Розалина никак не могла понять, что он говорит – акцент, да еще полон рот табака, раза три пришлось ему повторить, пока до нее не дошло. – Но ведь женщины не могут путешествовать совсем без вещей! – в ярости воскликнула она. – А как же господин Торн, его-то саквояж при нем, как я посмотрю!

- Как можно сравнивать-с! – откровенно ужаснулся лесничий.

Торн раздраженно на них цыкнул. – А она где? – обратился он к лесничему, игнорируя Розалину. Лесничий неопределенно махнул рукой куда-то в сторону деревьев. – Рыбу на озере ловить изволят-с, вашество.

- Вы это о ком говорите? – нетерпеливо поинтересовалась тетка. Офелия заматывала голову шарфом и тоже недоумевала, только молча. О ком он говорит? Неизвестно. От холода у нее разболелась голова, и думать не очень получалось. Все еще ничего не соображая от боли, она вдруг обнаружила себя в санях, которые снова мчались в ночи, юбки опять вздымались ветром. Сани подпрыгивали, ее мотало на поворотах как тряпичную куклу, варежками Офелия изо всех сил придерживала собственные волосы, которые неумолимо хлестали по лицу. Прямо перед ней виднелась громадная тень - Торн сам правил упряжкой, устремившись вперед в направлении ветра, как выпущенная из лука стрела. Сзади в темноте раздавались приглушенные звуки колокольчиков – за ними неслись сани с теткой Розалиной, управляемые лесничим. Отовсюду тянулись голые ручищи деревьев, они то вонзались когтями в снежную гладь, то вдруг выплевывали там и сям клочки неба. Офелию немилосердно трясло, она изо всех сил боролась с какой-то зловещей дремотой, и ей казалось – этой гонке не будет конца.

Вдруг тени, которыми кишел лес, куда-то исчезли и везде, куда хватало глаз, раскинулось огромное, прозрачное как хрусталь и волшебно мерцающее ночное небо, усыпанное звездами. Офелия невольно широко раскрыла глаза и резко села в санях – ледяной северный ветер рванул ее за волосы, но она даже не заметила: такое чуда она не видела нигде и никогда.

Прямо в центре ночного небосклона, высоко над лесом, цепляясь шпилями колоколен за Млечный Путь, плыл чудесный город. Он висел в воздухе и, казалось, был совершенно недосягаем с земли. Безумное, невероятное зрелище, будто какой-то гигантских размеров улей вдруг улетел в небеса – сумасшедшее нагромождение укреплений, мостов, бойниц, лесенок, летучих сторожевых башен и каминных труб. Крепостные стены обнесены рвами с заледеневшей водой, сверкающие кольца льда вьются в пустоте, а за ними – заснеженные городские крыши. Город ярко освещен мириадами фонарей и горящих окон, и все их бесчисленное множество отражается в ледяной поверхности озера. А на самом высоком шпиле торчит полумесяц настоящей луны.

- Неприступна! – задумчиво прошептала Офелия, не в силах сдержать восторг. Так вот что это такое странное на рисунках Августа – таинственный летучий город!

Торн бросил на нее быстрый взгляд через плечо, стоя на облучке. Светлые его волосы разметало по лицу ветром, глаза горят ярче обычного. – Держись!

Офелия не поняла, чего он хочет, но инстинктивно схватилась куда пришлось. В лицо ей ударил мощный воздушный поток, гигантские собаки вместе с санями вскочили в этот воздушный коридор, и их взметнуло вверх над снежной равниной. Сзади тетка завизжала так, что и на луне было слышно. Офелия, напротив, не смогла бы издать и звука. Сердце ее билось, будто вот-вот выскочит из груди. Чем выше они поднимались в небо, тем быстрее неслись, и в животе у нее становилось все тяжелее и тяжелее. Сани повторили траекторию воздушной петли, и теткин вопль, казалось, никогда не закончится. Наконец, в искрах снежной пыли, полозья с силой ударили по замерзшему льду крепостного рва. Офелию подбросило так, что она чуть не вылетела из саней. К счастью, собаки уже сбавили скорость, и вскоре они остановились напротив огромной решетки крепостных ворот.

- Небовилль, - коротко сообщил Торн, спрыгивая с облучка.

Он даже не оглянулся посмотреть, на месте ли невеста.

,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,

Примечание по поводу перевода названия города. Да, я знаю, напрашивается «Небоград». Но в английском переводе название города осталось экзотическим Citaceleste, искаженное итальянское citta celeste, небесный город, французам понятное, но все же не родное. Не зря, думается, переводчица не стала англизировать название, а оставила как есть (а не переделала в какой-нибудь Skycity). Поэтому я решила последовать ее примеру – название города героине понятно, но имеет некий иностранный привкус, акцент. Небоград, на мой взгляд, был бы чересчур уж родным и знакомым.

Картинке:

IMG_2330
IMG_2329
Tags: Кому тут культурный уровень повысить?, и снова радость, опять муза приперлась, прекрасное, развлечения для, сквозь зеркало кристель дабо, язык до Хохкеппеля доведет
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments