hohkeppel (hohkeppel) wrote,
hohkeppel
hohkeppel

Category:

Опять архивное, несанкционированный перевод одной занятной книжечки, часть 2


ГЛАВА 3

Пришла пора для настоящего искусства

Греция, седьмой век до нашей эры

Согласитесь, при слове "Греция" на ум не приходит ничего, кроме воспоминаний о жаре, летнем отпуске и довольно безразличных к туристам местных жителей. Трудно себе представить, что народ именно этой страны придумал спорт, произвел революцию в искусстве и первым сообразил, как начинять виноградные листья.

Все началось в седьмом веке до рождества Христова, на Крите, самом большом греческом острове. В те времена царей везде было куча, и не было никого богаче царей кретинских - пардон, критских! - которые зарабатывали денежку на торговле. То есть, на том, что у них сходило за торговлю: обирали доверчивых иностранцев до нитки, а расплатиться за добро забывали!

Поскольку это был остров, критским художникам повезло больше, чем их коллегам на континенте: едва бедняги доставали свои кисти и резцы, тут же являлась какая-нибудь варварская орда из Европы и с гиканьем проносилась по как раз тому, что несчастные вознамерились нарисовать или изваять. Мало того, разбойники эти прибывали из таких мест, где рисовать и вовсе не умели ни за какие коврижки, и если даже и брались рисовать эти самые коврижки, то они получались у них ужасно плоскими - определенно из Египта.

Но все же наконец и художники на континенте, которые все это время с завистью пялились через пролив в надежде разобрать, что там поделывают критские конкуренты, овладели искусством и стали создавать свои собственные творения. В первую очередь изменились постройки, они стали очень большими и очень простыми: получился дорический стиль. Дорийцы - это такое довольно угрюмое племя, к которым принадлежали спартанцы, те самые, что стали символом неприятного времяпрепровождения. По крайней мере, строилось это все для живых людей, не то, что в Египте, где богатенькие получали свои остроконечные громады, а бедняки были вынуждены ютиться в песчаных хижинах.

И, в отличие от египтян, которые из принципа не желали даже смотреть на то, что они там рисуют или ваяют, греки почти что открыли для себя человеческое тело - а ведь у них у всех тела имелись, даже у египтян. Со скульптурой-то дело обстояло хорошо, но с рисунком так ничего толком и не получалось. То немногое, что до нас дошло, представляет собой лишь вялые попытки отойти от все того же египетского стиля, где все плоско и в боковой проекции.

БОЛЬШОЙ ПРОРЫВ

Где-то в 500 году до рождества христова случилось событие, которое явилось своего рода революцией в истории западного искусства, и хотя оно осталось незамеченным современниками, именно благодаря ему искусство получило возможность развиваться и процветать. Это был настоящий прорыв, вроде открытия нового цвета, событие мирового масштаба и для искусства как такового, и для всей культуры человечества.

Какой-то ничем непримечательный, затрапезный рисовальщик по амфорам взял да и нарушил все каноны. Нарисовал ногу как видел, спереди! Представляете? А ведь мы даже и не знаем, как того смельчака звали. По времени он подгадал блестяще, как раз тогда и наука, и философия стали пробуждаться от долгого сна, начали подвергаться сомнению все старые мифы и легенды о многочисленных богах и божках (типа Зевса, Афродиты и прочих), зародился и театр в современной нам форме. Художники прямо-таки набросились на человеческое тело, и все силы стали прикладывать к тому, чтобы изобразить его в двух или трех измерениях. Они, конечно, пока оставались существами низшего порядка в глазах изнеженных интеллектуалов и знати, но отношение к ним было намного лучше, чем в Египте, где бедных художников считали почти за рабов.


ПЕРИКЛ

Где-то в 450 году до нашей эры Перикл принялся восстанавливать Афины, только что разрушенные персами, только на этот раз материалы использовались самого высшего сорта, все больше мрамор да бронза, с целью поразить современников ранее невиданным великолепием. Мало того, светские хроникеры тех лет сообщали, что, дескать, относился он к художникам как к ровне (кошмар, кошмар!), особенно к одному из них, Фидию, которому и поручил изваять всех богов и вообще чем-нибудь освежить интерьеры самых главных новых храмов.

К сожалению, от украшений Афин того времени мало что сохранилось, если не считать всех тех копий, что наваяли римляне для туристов, а также собственных нужников и садиков. И впрямь, зачастую только по сувенирам да безделушкам, привезенным нашими предками с каникул в Греции, мы можем судить о творениях великих афинских художников того периода.

Осторожно, христиане!

Эти ограниченные первые христиане, которые, как и все религиозные фанатики, считали, что их Бог (папа Иисуса Христа) - единственный, достойный поклонения, истребили все, что казалось им непристойным, и тем самым лишили нас самых прекрасных произведений искусства античности.

Одним из утраченных шедевров резца вышеупомянутого Периклова кореша Фидия была высоченная (36 футов) деревянная статуя дамы по прозванию Афина Паллада, сплошь покрытая золотом, слоновой костью, полудрагоценными камнями и всем мало-мальски ценным, что попало ваятелю в руки. Она, должно быть, насмерть пугала посетителей храма, поскольку стояла, согласно легенде, на входе в Пантеон, на голове у нее красовался шлем, украшенный золотым драконом, а рядом ее любимица, громадная змея, этак неприятно таращилась из-за щита своей хозяйки. К сожалению, оригинал статуи потерялся, так что нам досталась лишь римская копия, опять-таки плохого качества.

Греки первыми попытались выяснить, как устроено человеческое тело, и всячески щеголяли своими новоприобретенными познаниями, даже когда изображали тело, скрытое драпировкой. Именно это их умение так восхищало и служило источником вдохновения для тех художников, которые хотели научиться рисовать или ваять своих собратьев (и со-сестер).

Не подлежит сомнению, что у греческих художников не иссякал поток заказов на скульптуры и изображения великих спортсменов того времени для украшения ими храмов. Вот интересно! Я себе не представляю громадных статуй Фатимы Уитбред или даже плачущего Газзы внутри собора святого Петра, особенно если учесть, что греческие атлеты обычно носились в чем мать родила. К сожалению, как и в предыдущем случае, от этих статуй мало что сохранилось, поскольку простой народ в средние века приобрел дурную привычку переплавлять бронзовые скульптуры на горшки и сковородки. Единственную неповрежденную статую обнаружили в Дельфи, она представляла собой безымянного возницу, внешне - вылитый Джон Макинрой, только не с такой кислой миной (трудно представить, правда?). Несмотря на неудачное сходство, статуя так проста и прекрасна, как ни одна копия.

Мир просыпается

Мощнейший заряд искусство получило в столетие между 520 и 420 веками до рождения христова. К концу пятого века hoi polloi, глас народный, наконец-то оценил, какую красоту творят художники, а также, что гораздо важнее, и сами творцы прекрасного осознали, на какой уровень вышли. Народ на улицах, бывало, обсуждал преимущества той или иной художественной школы, а это, в свою очередь, порождало здоровое соперничество между художниками и заставляло их трудиться прилежнее. Но опять-таки - мало что сохранилось от этой вспышки творчества, пара-тройка старинных горшков да ваз, и то, об их изяществе мы можем судить только по более поздним имитациям. Единственное, в чем можно упрекнуть скульпторов того времени - на плечи всех их статуй посажена одна и та же голова. Можно согласиться с тем, что греки, вероятно, были красивым народом (что же с ними потом случилось-то?), но не у всех же поголовно были безупречные черты лица. Видимо, воспроизвести конкретное сходство в задачу художника не входило, может, потому, что он не умел, а может - и скорей всего - он просто из кожи лез угодить своему заказчику-источнику драхм. Только к концу 4 века художники стали добавлять лишнего: то принахмуренную бровь, то морщинку у глаза, а то и намек на улыбку.
Статуя Александра Македонского сделана с более раннего портрета, его автор - Лисипп (фамилий тогда не было), и хотя с носом бедняге не повезло, все же великий герой хотя бы выглядит как живой реальный человек, а не как типичный продукт греческой сборки тех времен. Похож был Александр на свой портрет или нет, нам неведомо, однако что мы знаем наверняка - он оказал на развитие искусства огромное влияние. Благодаря его пристрастию к завоеваниям у художников значительно расширился круг клиентов.
Искусство того времени больше не считалось греческим; у него появилось новое название - эллинское, по общему имени всех империй, созданных Шурой и его последователями. Мягкий, почти лирический, классический стиль уступил место более бойкому и агрессивному, что неудивительно, поскольку греки в те времена, казалось, ничем больше не занимались, а только дрались друг с дружкой. Типичное произведение искусства того периода - скульптура работы мастерской Агесандра, Атенодора и Полидора Родосского, обнаруженная в Риме. Она изображает, что случилось с одним бедолагой по имени Лаокоон и его сыновьями. Вроде как этот Лаокоон, жрец из Трои, предупреждал остальных: не стоит, пожалуй, забирать в город огромного деревянного коня, что обнаружился у ворот Трои будто бы в виде греческого подношения. Лаокоон предположил (совершенно справедливо), что этот сомнительный подарочек может быть до краев набит непереваренными лошадкой греческими воинами, и если привезти их всех в город, то с них станется напасть на добрых троянских граждан, всех их перерезать и ограбить.
Однако получилось так, что греческие боги, которые стояли за этим мероприятием, не на шутку обиделись на Лаокоона за то, что тот попытался сорвать их планы. В отместку они наслали на него и двух его сыновей парочку приличного размера змей, и те накинулись на несчастных с крепкими, но не совсем дружескими объятиями.
Скульптуры такого рода ужасно нравились населению, ведь для рядового грека прекрасно провести время на выходных означало пойти всей семьей в местный колизей, посмотреть на гладиаторов, как те рубят друг дружку в шашлык, или, к примеру, на львов, как те дегустируют свеженьких христиан. Говорят, что, когда примерно полторы тысячи лет спустя в Риме нашли эту потрясающую скульптуру, мимо случайно проходил один молодой человек по имени Микеланджело. Так этот Микеланджело был просто сражен наповал ее красотой.

Искусство для дома

К концу второго века до рождества христова большая часть греческих скульптур стала выполняться на заказ из Рима, нового центра мирового искусства и большого поклонника греческой культуры. Сами художники стали привлекать больше внимания, их стали замечать, знать по именам, стало считаться престижным приглашать самых известных из них украсить интерьеры вилл. Все это было бы потеряно безвозвратно, не случись извержения Везувия, чья лава, хотя и была ужасно горячей, сохранила для нас большую часть произведений прикладного искусства (правда, при этом сгорело заживо почти все население города Помпеи). Ну что с дурного вулкана взять...стихия!
Стоит только взглянуть на стенную роспись ванной богатого жителя Помпеи, и сразу ясно, как далеко продвинулись художники в изображении трехмерных фигур и пейзажей на плоской поверхности! Конечно, правила перспективы были им незнакомы, но все равно получалось весьма и весьма неплохо.

С первого по четвертый века нашей эры

Когда римляне завоевали все известные им земли, вполне естественно, что Рим превратился в центр культурной жизни, хотя подражать грекам по-прежнему считалось последним писком моды (поскольку у них получалось лучше всех). Строились новые здания потрясающей красоты, самая навороченная (и большая) новостройка называлась Колизей, и при ее создании были использованы не один, не два, а сразу три разных греческих стиля. Пристрастие римлян к аркам проявлялось по всей империи, от Италии и Франции до Северной Африки и Азии. Как только где обнаруживалась подходящая долина, в ней тут же возводился какой-нибудь мост или акведук, основным элементом которого была арка - так, оживить пейзаж.
Римляне слямзили у греческих мастеров и их манеру художественного письма. В отличие от богатых греков, римские патриции не возражали против портретного сходства и не требовали лести. Их портреты можно сличать с посмертными масками, которые тоже как раз тогда вошли в моду. Поэтому впервые в истории мы получили возможность увидеть настоящие, прямо как на фото, лица великих мира сего, таких как Помпей, Август, Нерон или Тит. Художники также позаимствовали манеру греков изображать кистью и резцом великие битвы, чтобы простые римляне могли воочию убедиться, как храбры их начальники (и на что уходят все казенные денежки).
После рождения Христа всего за пару веков эллинское и римское искусство вытеснило и поглотило культуры завоеванных Римом восточных государств. Египтяне, например, по-прежнему хоронили своих мамочек в виде мумий, да и папочек тоже, однако при этом стали украшать стены саркофагов картинами в греческом стиле. Некоторые ремесленники так набили руку, что иногда их копии даже превосходили оригинал. Вот, например, изображение мертвого египтянина – вполне можно себе представить, что рисунок сделан в двадцатом веке каким-нибудь пост-импрессионистом.

Христианство поднимает голову

Когда по Востоку стало распростаняться христианство, для изображения Спасителя и сотоварищи по-прежнему использовались каноны греческого искусства, и это несмотря на то, что бедные греки прослыли теперь язычниками (вот она, благодарность!). Однако возникла небольшая неувязочка, поскольку христианская религия запрещала создание идолов – некоторое неудобство для тех, кто как раз на этом деле специализировался. Поэтому в качестве компромисса художники стали заниматься прославлением добрых дел нового Бога.
Затем последовал период, в ходе которого в стремительно уменьшающейся Римской империи появился странный переходный стиль, когда на смену замечательному реализму греков снова пришел тот самый наивный символизм, его предшественник. Скульпторы обленились настолько, что перестали ваять из мрамора и обратились к гораздо более податливым материалам и грубым сверлам, коих было достаточно, чтобы кое-как намечать детали – где ухо, а где глаз.
Могла быть тысяча причин тому, что художники утеряли способность рисовать и ваять как античные греки. Многие историки считают, что им просто надоел реализм и они попробовали обратиться к импрессионизму. Лично я склонен думать, что они просто-напросто обленились, а потом элементарно забыли, как это делается.

Имена великих греческих художников, коими можно блеснуть в разговоре
Эвтимид, Мирон, Пракситель, Лисипп


ГЛАВА 4
Учимся забывать
Рим и Византия, с пятого по тринадцатый век нашей эры

Когда в 311 году нашей эры стараниями императора Константина христианская религия стала главной религией всей Империи, все круто поменялось. Христианам больше не было нужды тайно собираться во всяких убогих пещерах, они получили возможность строить свои церкви на широкую ногу. Они не стали возводить огромные храмы, как «язычники» греки; а предпочли строить просторные анфилады, наподобие старинных «базилик» (королевских залов).
И возник тогда вопрос, как же эти помещения украсить. Статуи Бога, святых и разнообразных ангелов ставить не полагалось («идолы»), к тому же бедные новообращенные тогда не разглядели бы разницы между ними и дорогими сердцу старыми сверженными богами; да и вообще, как, интересно, прикажете изваять бога, который считается невидимым глазу? То-то и оно!
К живописи христиане тоже как-то прохладно относились, по крайней мере до конца 6 века, пока папа Григорий Великий не обратил внимание священнослужителей на то, что большинство их прихожан на ту пору не умели ни читать, ни писать. А это означало, что только соответствующие картинки могли помочь им понять, о чем это их пастырь речь ведет.
Молодец, Гриша. Если бы ты в свое время этого не заметил, то вся история искусства на этом бы остановилась, а я закончил бы свой рассказ. Только представь себе, читатель, эта страница книги могла бы быть последней. Ужас! Однако при всем при этом живопись разрешалась только в целях прославления Господа, а что касается ее качества, то оно резко ухудшилось. Если с музыкой Господу еще как-то повезло, то с живописью явно не очень, и чем проще и символичнее становилось искусство, тем больше удивительных познаний греков ускользало сквозь «священные» пальцы. В конце концов все изображения стали снова выглядеть как первобытное искусство, с греческим, правда, оттенком.
Не всем, однако, пришелся по вкусу либерализм папы Григория, и в восточной части Римской империи, в ее столице Византии (позже известной как Константинополь, а еще позже – как Стамбул) в 745 году нашей эры к власти пришла некая группировка, которая вообще запретила религиозную живопись. Когда, наконец, этот запрет стал ослабевать, картины, которые стали снова появляться, хотя и выглядели ужасно, и приобрели восточный колорит, все же сохранили кое-какие следы греческого искусства. Этот византийский стиль снова наводнил империю, и его все еще можно увидеть в произведениях русских мастеров иконописи (что ж, Россия вечно отстает).


ГЛАВА 5
А в это время....
Древнее искусство Востока

До сих пор мы с вами занимались только Египтом и Грецией, и нисколько не интересовались тем, что же в это время происходило далеко на востоке. Главная проблема восточных живописцев того времени залючалась в том, что новые религиозные культы Ближнего Востока запрещали изображать все, имеющее хотя бы отдаленное сходство с человеком. Не желая расставаться с любимой рабочей рукой, которую могли запросто отрубить за наброски лиц окружающих, местные художники решили ограничиться символами и узорами (а что бы вы на их месте делали?). Орнаменты были сложными и потрясающе красивыми, наподобие узоров на восточных коврах, что и в наши дни стоят целое состояние. Их символика зачастую иллюстрировала разные истории, совсем как современные комиксы.
Даже когда персы и индусы начали наконец иногда добавлять в свои произведения изображения человека (где-то в четырнадцатом веке), они даже не пытались стремиться к реализму, предпочитая египетский «плоский вид сбоку». В общем и целом их живопись немножко напоминала ковер с картинками.

Китайцы

Китайцы же, которые всегда предпочитали держаться особняком, ушли далеко вперед. В конце концов, если жить в вакууме, то придется либо совершить прорыв, либо застрять на месте. В отличие от геометрических египетских рисунков китайцы тяготели к окружностям и вьющимся линиям, которые сами по себе придавали изображениям более реалистичный вид и создавали иллюзию движения. В области знаний основ рисунка, перспективы и анатомии китайцы ушли настолько далеко вперед, что остальное человечество догнало их только спустя столетия.
Другое коренное отличие лежало в том, что, не в пример остальному миру, китайцы ценили своих художников гораздо выше, чем мясников, булочников и резчиков лапши. Не то чтобы за ними гонялись с просьбами об автографе, конечно, но по крайней мере они пользовались таким уважением, о котором их западные собратья и не мечтали.
Между прочим, художники в Китае не пользовались репутацией досужих людей, поскольку свои рисунки они делали не абы как, в свободную минутку. Они верили в необходимость глубокой медитации, поэтому перед тем, как прикоснуться кистью или пером к своему пергаменту, они часами, а иногда и днями, находились в состоянии погруженности в себя. Вообще в те времена для монахов и художников (по правде говоря, большинство художников были монахами, а большинство монахов – художниками) было обычным делом сидеть и часами созерцать какой-нибудь там лист дерева, камень или лужицу. Хотя, надо полагать, если они могли этим неплохо зарабатывать, то жаловаться им не приходилось.
В древнем Китае картины не вешали над камином, а хранили в шкафчиках, свернутыми в свитки. Их благоговейно разворачивали только для того, чтобы разглядывать и созерцать часы напролет, вроде как мы книги читаем.
Еще одна особенность в том, что никто из художников не увлекался вылазками на природу с пергаментными альбомчиками для набросков под мышкой. О нет, они предпочитали сидеть и разглядывать пейзаж Бог знает сколько долго, а потом вернуться домой и в тепле и уюте зарисовать, что запомнилось; вот только с памятью зачастую было плохо. В результате все пейзажи выходили довольно однообразными (и идеализированными) – в общем похоже на картинки, которые в наши дни украшают стены китайских ресторанов. Ну вы помните, всегда невероятных размеров гора, у подножия вьется дымок и стоят стилизованные елочки, а где-то на середине склона тщательно вырисована пара странно одетых китайцев, которые карабкаются по горе вверх (а может, вниз).
Все это очень хорошо, но ручаюсь: если обычный рядовой китаец того времени стал бы просматривать свои любимые свитки в надежде выбрать подходящее местечко для пикника с семейством, он бы вряд ли нашел что-нибудь особенное.
Тем не менее китайцы стали непревзойденными мастерами кисти. Они пользовались водорастворимыми чернилами и тонкими кисточками, которые и по сей день можно купить в магазине. Когда обычный европейский акварелист видит, как признанный китайский мастер всего несколькими взмахами кисти изображает, к примеру, золотую рыбку, у него дух захватывает.
Восточное искусство мало изменилось по сравнению с западным, где стили и направления наплывали друг на друга как течения в океане. Великий японский художник Хокусаи, например, в 18 и 19 веке рисовал картины, которые просто выглядели как более современные варианты произведений его предков, созданные за тысячи лет до его рождения.

Имена великих китайских художников, коими можно блеснуть в разговоре
Три Ку Кай Чи, Ма Юань, Као Ко Кунг, Лиу Цай или Хиденобу. Ну ладно, чего уж там, держу пари: я мог бы что угодно тут написать, вы бы поверили.


ГЛАВА 6
Рисунки во мраке
Европа, с шестого по одиннадцатое столетие нашей эры

После развала Священной Римской империи в истории последовал период, известный под названием "мрачное средневековье":
1) мрачное потому, что мир окутала тьма во всем, что касалось прогресса и....
2) средневековье потому, что этот мрак тянулся веками (пятьсот лет, если быть точным).

Вообще-то нам мало что известно об искусстве периода, предшествующего появлению Европы, какой мы ее теперь более-менее знаем. Нам сейчас трудно поверить, что на протяжении пяти веков не развивалось абсолютно ничего, а кое-что даже регрессировало.
Церковные художники, в частности, с радостью отбросили все, чему научили мир греки, и, казалось, вернулись к плоскому и геометрическому (и гораздо более легкому) египетскому стилю. В отличие от китайцев, если то, что художник пытался нарисовать, не было буквально прибито гвоздями у него перед носом, то в большинстве случаев у него в результате выходили детские каракули. Изображать военные баталии, таким образом, представлялось крайне затруднительным делом.
Заметим, что в те времена художникам приходилось рисовать практически одни только сражения, поскольку как только средневековому крестьянину удавалось выдворить, наконец, какое-нибудь воинственное тевтонское племя, к примеру, готтов, как к нему уже ломились вандалы (изобретатели вандализма), саксонцы, викинги, или датчане.

Байонский гобелен

Хороший пример такого неудачного изображения батальных сцен появился ближе к концу средних веков. Он известен под названием Байонский гобелен, соткали его добросовестные ткачихи из города Байо во Франции, и он представляет собой не только самый длинный, но и самый несмешной в мире комикс. На нем изображено избиение англичан французами (хоть раз!) в Битве при Гастингсе 1066 года, а изготовили его потому, что, в отличие от нашего времени, когда о норманских завоеваниях можно прочесть в прессе, в одиннадцатом веке мало кто из «лягушатников» (да и вообще мало кто) умел читать. Поэтому и приходилось полагаться на картинки.
Средневековые художники также изрядно страдали старинной привычкой презирать оригинальность. В конце концов, рассуждали они, если вы идете к портному за новым костюмом, то вправе рассчитывать, что ваш костюм будет хотя бы в общих чертах походить на одежду остальных окружающих вас людей. Вы же не захотите, чтобы портной одевал вас во что ему в голову взбредет. Так же и с искусством. Большинство священников хотело видеть в своей церкви картину или скульптуру, которая была бы точь в точь такой же, как и в соседнем приходе. Искусство считалось обычным товаром, и именно поэтому мало что нового происходило в средние века.
Вы, наверно, думаете, что изобразительное искусство в средние века служило исключительно религиозным целям. Вовсе нет, средневековые замки были, должно быть, под завязку набиты разнообразными бытовыми произведениями искусства, но поскольку враги разоряли их дотла практически сразу после постройки, от содержимого мало что дошло до наших дней. Зато произведения религиозного содержания сохранились, ведь средневековые крестьяне были суеверны и не притрагивались к ним из страха оказаться в аду и вечном пламени.

Имена великих средневековых художников, коими можно блеснуть в разговоре
Легко запомнить, таковых не имелось!

ГЛАВА 7
Командует Господь, ясно?
Искусство 12 и 13 веков"

На этом перевод внезапно оборвался...если вдруг у кого эта книга случайно завалялась в оригинале - дайте знать:)
Tags: Кому тут культурный уровень повысить?
Subscribe

  • Понедельник, 22 марта 2021 года

    Наконец-то передышка. Старшая дочь дома на больничном, внуки тоже дома с мамой, ибо снова закрылись детсады и школы, ей физически получше, хотя…

  • Над пропастью во лжи

    Меланхолично слушала радио в машине, что еще в машине делать, когда ехать долго, а ничего, кроме радио и мотора в моем старинном автомобиле не…

  • Зима крестьянин

    Погодное явление с красивым именем "Тристан" добралось и до нашей деревни. Очень невовремя, надо сказать. Я как раз решилась дать себе три дня…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments